Уэс опустился на одно колено перед Арином и скрестил руки на согнутом бедре.
— Я служу вам, Арин из Низала, свободно и по собственной воле. Это моя честь и мой долг, каким бы ни был исход.
Арин перехватил Уэса за предплечье, рывком поднимая на ноги. Они застыли так, крепко сжимая руки друг друга — целая жизнь, повисшая между ними.
— Не попадись, — произнес Арин.
Уэс коротко усмехнулся:
— Не попадусь.
— Спасибо, Уэс.
Они разошлись. Уэс напомнил Арину, что полк готов к выступлению, и удалился. Мы проводили его взглядом.
Я прислонилась лбом к дереву, поморщившись от присохшей к коре смолы. Часть меня порывалась пойти за Арином к военному лагерю, но какой в этом смысл? Я знала, куда они направляются, и могла предположить, сколько людей его сопровождает. Во многом этот визит стал огромной удачей: если Арин держит путь в Орбан, чтобы убедить Муриба открыть торговые пути, я могу просчитать его маршрут и сделать так, чтобы наши дороги не пересеклись.
Мне следовало радоваться. Да хоть что-то чувствовать, кроме этой жуткой пустоты в желудке. Раскаленная паника в груди методично выжигала меня изнутри.
Нужно взять себя в руки, пока Намса не пришла забрать меня в дорогу. Им нельзя видеть меня такой. Я только начала находить с ними общий язык, чувствовать себя настоящим лидером. И расклеиться из-за пары вен? Из-за ничтожного, крошечного шанса, что когда наручники спали, внезапный всплеск магии в теле после стольких лет подавления ускорил симптомы магического безумия?
В одну секунду я была одна, а в следующую — лопатки онемели от упирающегося в них острого клинка.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ШЕСТАЯ. СИЛЬВИЯ
Я даже не вздрогнула. Дерево да присохшая к коре смола — вот и все свидетели моей усталой улыбки.
— Что меня выдало?
— Повернись.
Я закатила глаза. Ну, по крайней мере, на сей раз он соизволил заговорить. Еще одной порции безмолвного презрения я бы просто не вынесла.
— Не хочешь убрать меч? Я не собираюсь крутиться перед ним, как свинья на вертеле.
Через секунду стальной зажим между лопатками исчез. Я сделала глубокий вдох, пытаясь набраться сил, но воздух комом застрял где-то под ребрами. Паника, притащившая меня сюда, всё еще не отпустила, и кислород плавал в груди, словно масло, налитое поверх воды.
Плотнее запахнув одеяло, я повернулась лицом к хмурому Командиру и сардонически вскинула бровь:
— В вашей школе для маленьких принцев правила приличия не преподавали? Может, вместо того чтобы прижимать меня к стенам и знакомить со всем своим арсеналом, попробуешь для начала просто поздороваться?
С тем же успехом можно было дразнить скалу. Не опуская меча, Арин разглядывал меня, скользя взглядом по обнаженным ногам и красно-черному шерстяному одеялу, наброшенному на голое тело. Глаза цвета зимнего льда впились в мои. Сердце, и без того работавшее на пределе, заколотилось еще отчаяннее. Арин всегда обладал пугающей способностью видеть меня насквозь, как бы умело я ни лгала и какую бы безупречную сцену ни разыгрывала. Но сегодня мне меньше всего хотелось, чтобы меня читали как открытую книгу.