— У Низала полно хлопот с Лукубом, — пробормотала я. — Никто не знает, где Вайда, но, думаю, Равейн перевернет каждый камень, чтобы ее найти.
— Боюсь, Лукуб его не удержит. Верховный знает, что джасадцы уходят. Он отправит войска на юг, чтобы перекрыть границу, — произнес Латиф.
— Нет, — отозвался Арин.
Я подняла голову. Двумя пальцами Арин отодвинул тарелку, словно засидевшегося гостя, и скрестил руки на освободившемся месте.
— Равейн не станет рисковать Цитаделью и дробить свои армии. — Твердый и непреклонный тон Арина не оставлял места для споров. — Не без скипетра.
— Думаешь, он использовал скипетр, чтобы подпитывать свои войска?
— Я знаю, что за время его правления мы не проиграли ни одной битвы. Я знаю, что Эссам всегда был гостеприимен к нам, даже в самые суровые зимы. Мы кормили, одевали и укрывали наших солдат, не повышая налог знати. — Выражение лица Арина оставалось непроницаемым. — И я знаю, что в шестнадцать лет выжил после ранения, которое должно было стать смертельным.
— Этому могут быть и другие объяснения, — возразила я.
— Могут.
От мысли о том, что Равейн выкачивал джасадскую магию для укрепления собственной армии — армии, созданной для защиты от таких, как сам Равейн, — становилось тошно.
— Почему ты думаешь, что он побоится ослабить защиту Цитадели без скипетра? — спросил Латиф, когда моя пауза затянулась.
— Мой отец верит в определенный жизненный баланс, когда речь заходит о правителях и подданных, — ответил Арин. — Он бросит значительную часть оставшихся сил на охрану Цитадели. Если он и отправит войска на юг, то скорее всего это будут новобранцы.
— Новобранцы? — Возглас Марека едва не заставил Сэфу выплеснуть суп. Она в последний момент удержала миску. — Да большинство из этих призывников в глаза не видели драки!
— Я прекрасно об этом знаю, — отрезал Арин. — Их цель — отвлечь внимание. Их численность задержит вас ровно до тех пор, пока он не добьется преимущества над Лукубом, чтобы отправить к Джасаду свою настоящую армию.
— Отвлечь внимание, — с явным презрением выплюнул Марек. — Расходный материал, хочешь сказать.
— Как я и говорил. — Лицо Арина словно подернулось инеем. — Он верит в определенный баланс.
Судя по всему, время, проведенное в низальском лагере, пробудило в Мареке сочувствие к доле несчастных низальских призывников. Мне же нужно было спасти слишком много джасадцев, чтобы переживать о судьбах людей, которых Равейн отправляет на убой. Мне плевать, хотела ли рука, сжимающая меч, оказаться там или нет — этот меч убьет меня с тем же успехом.
Сэфа с громким стуком отложила ложку и наконец оторвалась от своей тарелки.
— То, что задумала Вайда, не закончится за восемь дней. Она годами искала Мираях. Какую бы реликвию ни оставила ей Байра, эта магия либо сотрет нас всех в порошок в один миг, либо переживет эту конкретную войну.
Мы с Мареком обменялись мимолетными озадаченными взглядами. Сэфа почти не рассказывала о времени, проведенном в Слоновом дворце. Я не знала, как подступиться к этой теме, кроме дежурных вопросов. Но в одном я была уверена: Сэфа никогда бы не подняла руку на кого бы то ни было — даже на Султаншу, — если бы у нее оставался выбор. Если бы она точно не знала, что кольцо в руках Вайды обернется смертельной катастрофой.