Пока магия оставалась его врагом, его врагом была и я.
Брызги долетали до самого верха, когда очередная волна с размаху обрушивалась на гору.
Как невыносимо жалко, что человек, к чьим советам я прислушивалась больше всего, в чьем руководстве я так отчаянно нуждалась в эту минуту, был тем самым, кто готовился меня уничтожить.
Слеза скатилась из уголка моего широко раскрытого глаза. Я позволила ей доползти до подбородка, прежде чем смахнуть большим пальцем. Подняв руку, словно пытаясь заслонить луну, я разглядывала эту каплю.
Первая и последняя слеза, которую я собиралась пролить по Арину из Низала.
Кое-как придя в себя и наспех проглотив остывшую, соленую от морских брызг еду, я вернулась в пещеру на поиски Намсы. Обеденный зал почти опустел. Проходя мимо оставшихся джасадцев, которые откровенно пялились на меня, я попыталась выдавить улыбку. Какая ирония судьбы: еще четыре месяца назад всякий, кто посмел бы так уставиться, встретился бы с моим занесенным клинком, а теперь приходится отвечать им улыбкой.
В зале ворчливой племянницы Давуда не оказалось. Я снова выскочила в коридор, чувствуя, как раздражение стремительно перерастает в ярость. После ее пафосной речи и целого представления в обеденном зале я ожидала, что на вечер запланировано нечто большее. Впрочем, благодаря их стрелам с сим-сией я выспалась, кажется, на год вперед.
На ходу я вела рукой по выбоинам и выступам каменной стены, пытаясь запомнить дорогу. На полпути текстура внезапно стала губчатой, и пальцы с чавкающим звуком ушли внутрь камня.
Я отшатнулась, резко выдернув руку. Прижав ладонь к груди, я ошеломленно уставилась на стену.
Из чего вообще сделаны эти коридоры? Да и не только они — из чего здесь сделано вообще всё? Должно быть, у Ураби ушли годы на то, чтобы незаметно выдолбить в этих горах целое убежище.
Немудрено, что Арин не сумел отыскать их ни в одном из королевств или в Эссаме. Ураби предпочли спрятаться там, куда не способно дотянуться все бесчисленное множество его карт.
Я осторожно прощупала стену в нескольких местах, массируя пальцами трещины в поисках потайных рычагов. Мелькнула мысль призвать магию, но я тут же отбросила ее. Без наручников я понятия не имела, каков предел моей силы и насколько вообще могу ее контролировать.
Когда я присела, упершись ладонью в щербатый камень для равновесия, большой палец зацепил паутину. Сморщив нос, я попыталась отдернуть руку.
Плечо с размаху врезалось в стену. Я ахнула и подалась назад, но паутина потянулась вслед за мной. Нити намертво обмотали палец.
Ну уж нет. Исключено.
Упершись ногой в стену, я потянула что есть сил. Паутина растянулась, истончилась до прозрачности, но лопаться и не думала. Я уперлась в камень уже обеими ногами, дергая назад всем весом тела.
Откуда-то слева протянулась рука и провела по паутине. Та мгновенно отпустила палец, и я с размаху шмякнулась на задницу.
Какое-то время я просто сидела на полу, размышляя, не стоит ли так и остаться здесь. Если очень сильно захотеть, возможно, этот проклятый камень соизволит сожрать меня целиком.