— Вы целы? Не ушиблись? Вам плохо? — взволнованно бормотал он. — Давайте я позову помощь.
Его лицо оказалось совсем близко. Он замолчал и замер, устремив взгляд на мой рот. Напряженно сглотнул. А я потеряла способность говорить.
Именно сейчас я вдруг вспомнила то прикосновение к губам. А что, если тогда Руан… поцеловал меня?
Глава 40. Первая тренировка
Руан
Когда меня вернули в школу с посланием, скрепленным печатью императора, мастер, несмотря на слишком ранний час, принял меня в кабинете. Выгнал всех слуг и стражников, и мы остались одни.
Я стоял перед его столом, а он читал послание. Перечитал несколько раз, а потом сжег над свечой. После этого сложил руки перед собой, поставив локти на стол, и долго смотрел на меня поверх рук.
— Расстроились, что нельзя меня наказать, да? — не удержался я и съязвил.
Мастер нервно дернул плечом и откинулся в кресле.
— Так, ладно, Руан, — проигнорировал он мой выпад. — Мне дали задание беречь тебя, но все равно выставлять на бои, чтобы твое отсутствие не выглядело слишком подозрительно. Не совсем понимаю, что происходит, но, видимо, случилось что-то очень серьезное. Думаю, это связано с той самой ночью, после которой ты вернулся из дворца весь израненный.
Я нахмурился, подумав, что мастер и правда недалек от истины. Тогда прорвались тени, и вот теперь защите от теней я и должен учить Авелию. Мастер вытянул руку и помахал ею.
— Нет-нет, не смей мне ничего рассказывать, — категорично заявил он. — Я просто делаю общие выводы, чтобы понять, как действовать. Подробности мне ни к чему. Что я думаю обо всем этом… Если ты им так нужен, то тебя могли просто выкупить. Однако если этого не произошло, значит, не хотят создавать лишней шумихи, они хотят скрыть то, чем ты занимаешься. Ну что ж, пусть так. Надо быть аккуратными. А поскольку ты бестолковый и неуправляемый, я придумал, что с тобой делать.
— И что же?
— Будешь ходить у меня под конвоем и поживешь в темнице.
— Благодарю за милость, — снова съязвил я. — А может быть, вы посадите меня на цепь и будете водить, как собаку на привязи?
На самом деле я не имел права злиться, потому что был рабом, а он — моим хозяином. Если хозяину вздумается наказать раба за плохое поведение, виноват в этом раб, а не хозяин. Такая вот здешняя логика и моя реальность.
Я мог сколько угодно обижаться, злиться и не принимать происходящее, но на самом деле ничего от этого не изменилось бы. Поэтому я понимал, насколько глупо себя веду.
Мастер вздохнул и подошел ко мне. На его лице не было привычной улыбки и хитроумного прищура. Даже глаза сегодня не подводил углем. Наверное, он вообще не спал судя по опухшим векам.
Что ж, я мог чувствовать себя важной птицей. Похоже, я явно запал этому богатею в душу, раз он даже ночами не спит из-за меня. Про себя я едко усмехнулся, но вслух ничего говорить не стал.
— Знаешь, Руан, — произнес мастер и покачал головой, — я очень не люблю, когда мои планы рушатся. Однако здесь ничего не поделаешь, и надо исходить из того, что имеем.
Оно обошел меня кругом и снова остановился передо мной. Я смотрел на него сверху вниз, был сильнее него, но он ни на мгновение не сбрасывал роль уверенного в себе хозяина.