— Ваше Высочество! — закричала няня.
— Оттолкните его! Блокируйте магией! — крикнул стражник.
Но все, что я успела, — выставить руку перед тем, как кинжал воткнулся бы мне в грудь. Острая ужасная боль проткнула мое предплечье. Я закричала.
Глава 36. Неприкосновенных рабов не бывает
Руан
Мастер ругал меня, называя дурным мальчишкой, грозился месяцем обучения в борделе, чтобы я научился там разуму и парочке умений, как должно вести себя с богатой и влиятельной госпожой. А я стоял, смотрел на него и улыбался как самый настоящий дурак.
В конце концов мастер вздохнул, грузно сел на койку, до которой мы с Авелией должны были дойти по его мнению.
— Все настолько плохо? — спросил он вдруг спокойно и пристально посмотрел на меня.
— Плохо? — переспросил я.
— Ты влюбился в эту девчонку?. Да, влюбился. О, боги, как мне везет на дураков. Впрочем… — он прищурился, — возможно, это сослужит нам службу. Ведь и она, насколько я успел понять, не просто увлеклась твоим телом и смазливым личиком.
— Послушайте, мастер, — я заставил себя собраться. — Я принадлежу вам, но я не сделаю ничего, что может навредить ей. Поэтому что бы вы не задумали, помните об этом.
— Да понял, — с раздражением махнул на меня рукой мастер, — ступай.
Я поклонился ему и пошел.
— Подожди, — окликнул он меня. — Следующий бой ты должен достойно показать себя, пусть император обратит на тебя внимание снова. Еще мы прогуляемся с тобой в одно место, надо мелькнуть в высших кругах. И никаких происшествий до выступления! Иначе я сдеру с тебя шкуру, Руан, клянусь.
Я кивнул. По крайней мере, это не казалось мне чем-то предосудительным. А потом вернулся к тренировкам под веселые улюлюкания и многозначительные смешки товарищей. Было неловко и даже обидно, ведь Авелия совершенно не такая, какой тут все ее представляют. Но лучше мне не распространяться.
Вечером после ужина я возвращался по коридору к своей каморке, мечтая поскорее остаться одному и подумать об Авелии, как услышал в каморке Глориса голос Вергила.
Что он забыл у этого козла? Или мне показалось? Я не смог подавить любопытства и приоткрыл дверь. Драконий слух не подвел меня, я слышал Вергила.
— Завтра подложишь этому щенку в кашу, ты понял меня? — процедил Глорис, заломив ему руку за спину и прижимая его лицом к стене.
Вергил шипел, пытаясь вырваться, но Глорис был тяжелее и сильнее. Он силой дернул его руку, и Вергил вскрикнул.
— Я сломаю все твои пальцы, — спокойно, почти буднично произнес Глорис. — Один за другим. Сначала на правой руке, потом на левой. И ты никогда больше не сможешь нормально держать меч. Тебя выгонят из школы, как ненужный хлам. Ты будешь ничем. Хочешь этого?
Вергил молчал. Только тяжело дышал, уткнувшись лбом в стену.
— Повторяю, — Глорис надавил сильнее, и Вергил снова зашипел от боли. — Завтра подыпешь порошек. Никто не узнает.
Больше не было смысла слушать, а за стражей бежать, можно потерять время. Я распахнул дверь.
— Отпусти его! — крикнул я. — Ну ка, скажи, какому щенку надо подложить отраву, может быть, я справлюсь лучше Вергила?