Император усмехнулся.
— Он не принадлежит мне, Авелия. Это гладиатор уважаемого мастера.
— Но вы же император! — воскликнула я. — Вы можете все что угодно!
Он хмыкнул.
— Могу. Но тогда придется найти причину для освобождения раба. Официально же ничего не произошло. Более того, если твой раб начнет болтать, ему отрежут язык или голову, в зависимости от количества выболтанного.
— Но так нельзя! — не выдержала я. — Прошу, Ваше Величество! Мы должны его как-то наградить!
— Мы сохранили ему жизнь, это уже и есть награда. Лучшие лекари приготовили для него лекарства. Он вернется в строй и продолжит сражаться на арене. Чего еще ему желать?
— Свободы, — выдохнула я. — Рабство — это отвратительно.
Император помрачнел и встал.
— Еще одно слово, Авелия, и я изменю мнение насчет тебя.
Я понимала, что он не блефует. Все было бессмысленно.
— Ступай, — махнул он рукой, — пока не вырыла себе могилу. И помни, ты принцесса только моей милостью.
Я поклонилась, как должна кланяться его дочь, и вышла с тяжелым сердцем. Я так хотела помочь Руану! Так хотела… но не знала как. А сейчас император будет еще пристальнее следить за мной. Если Авелии он мог спустить с рук какие-то капризы и прихоти, то мне — нет.
Безупречная принцесса — вот кем я теперь должна была стать. Какое же гадство! Может быть, все-таки сбежать?
Однако эти мысли тут же разбивались о мою новую реальность. Нариаса или Миолана всегда следовали за мной по пятам. Да и если я попытаюсь, меня найдут и просто убьют.
Дни летели за днями, и я потихоньку начинала привыкать к своей роли. У нас был даже совместный ужин с родителями, и, кажется, император больше не собирался давить на меня. Я попросила Миолану все-таки узнать про Руана, и она передала, что он восстановился и с большим усердием тренируется. Похоже, отец был прав, и он вполне адаптировался к своей роли.
Но теперь другой вопрос терзал меня с каждым днем все сильнее: близилась свадьба. С моего попадания в тело Авелии прошло чуть больше месяца, и срок неумолимо подходил.
Ее организовали, чтобы помочь ей с какими-то энергиями. Но теперь мне это больше не нужно. Стало быть, свадьбу можно перенести или отменить. Я просила императрицу, но она только отмахнулась и сказала, что это решил отец.
И вот сегодня, в день празднования свадьбы богини плодородия Демиры и бога солнца и тепла Элиора, устраивались очередные гладиаторские бои. Я не хотела бы ходить на них, но хотела увидеть Руана. Поэтому даже не заикнулась отпроситься.
По дороге, когда мы остались без слуг, я улучила момент и задала императору вопрос про свадьбу. Он холодно отправил Миолану и императрицу вперед и навис надо мной, как гора. Мы стояли так, наверное, с минуту.
— Касательно свадьбы? — тихо переспросил он. — И что ты хочешь сказать мне насчет свадьбы?
Я старалась выглядеть как можно более серьезно и уверенно. В конце концов, я и правда была безупречной принцессой последние две недели.
— У меня нет приступов, и я не нуждаюсь в подавлении энергии. Эту свадьбу можно, как минимум, отложить. Или вовсе отменить.