А в груди бушевал самый настоящий ураган.
Совсем не это я хотела ему сказать. Какая же я глупая… Почему вообще разозлилась?
Хотя как тут не злиться? Если я и правда ему нравлюсь, он должен был сказать это иначе. Не требовать ответа: хочу я свадьбы или нет. Как-то по-другому. Нормально!
Тренировка шла из рук вон плохо. Ничего толком не получалось. Руан, словно попугай, повторял одно и то же, почти ничего не объясняя. По пользе эту тренировку, наверное, можно было вообще не проводить.
Однако закончить ее я почему-то не могла. Я кидала на него быстрые взгляды, надеясь в глубине души увидеть его глаза, а в них нежность и раскаяние, но натыкалась всякий раз лишь на хмурые брови и опущенный взгляд.
И вдруг, несмотря на ливень, навес вспыхнул.
Арена рядом с нами пошла трещинами, и из них полезли черные тени. Руан тут же заслонил меня собой и призвал оранжевые молнии. Маги-стражники со всех сторон бросились к нам с трибун на выручку.
А потом я поняла: часть этих магов была не на нашей стороне.
Стражники, которые должны были меня защищать, схватили меня под руки, а другие напали на Руана со спины.
— Удачное нынче время для переговоров, Ваше Высочество, — раздался над ухом хриплый голос. — Вы расскажете нам о своем брате. И если ваш ответ нас удовлетворит, мы позволим вашему отцу выкупить вас.
Я попыталась вырваться, но удар по затылку оглушил меня, и мир провалился во тьму.
Глава 46. За нас обоих
Руан
Авелия не ответила мне. Более того, сказала, что вообще не хочет замуж. Ни за кого.
Она не верит, даже не допускает мысли, что ей, возможно, не придется выходить за короля. Значит, смирилась и просто плывет по течению.
Но ладно, смирилась… Она ведь не хочет замуж. Ни за кого не хочет!
Стало быть, я ей не нравлюсь, раз она так категорична в своих словах.
Когда я рассказал брату о том, что чувствую и что собираюсь сделать, первым делом он спросил, согласна ли девушка стать моей женой.
И теперь, услышав слова Авелии, с ужасом осознал, насколько ошибался. Она не хотела!
Я не понимал, чего во мне сейчас больше: обиды, растерянности, злости на себя за бессмысленные фантазии, стремления драконьей сущности, слепоту и глупость или ощущения полной потерянности.
Все смешалось в такую адскую кашу, что я, пожалуй, убежал бы, будь у меня на это хоть какое-то право.
Мое рабское имя как никогда больно задевало. Может, все дело в нем? Может, она привыкла видеть во мне недостойного раба?
Но как же я мог ошибиться? Как мог настолько обмануться?
А потом, когда разрушительные мысли затопили меня с головой, на нас напали.
Часть стражи оказалась предателями или подставными шпионами. Авелию схватили и понесли прочь с арены.
Не задумываясь, я бросился следом. Верные стражники помогли мне оторваться от врагов, пытавшихся преградить путь.
— Беги, Руан! Верни ее!
Я знал, что с ошейником далеко от императорского дворца не убегу, поэтому нужно было нагнать похитителей как можно быстрее.
Один из них нес Авелию, второй стрелял в меня из лука наконечниками, наполненными темной энергией теней.