— Почему ты спрашивал меня о свадьбе? — тихо спросила она, не поднимая глаз.
— Потому что люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой, а не женой короля, — ответил я раньше, чем успел подумать.
И тут же поспешил добавить, хотя понимал, что сказанных слов уже не вернуть:
— Простите, Ваше Высочество, я забылся. Прикажите отрубить мне голову, когда вернемся во дворец.
Она мотнула головой, всхлипнула и на несколько мгновений поджала губы.
— Как легко ты сказал об этом… Так просто… Это слишком смущает, — пробормотала она.
— Смущает, что придется отрубить мне голову? — попытался пошутить я.
Авелия вскинула на меня возмущенный взгляд.
— Руан, я… не умею говорить так легко, как ты. Но ты мне тоже… Ты тоже очень-очень нравишься! Я не хочу расставаться с тобой, что бы это ни значило!
Я опешил и нахмурился. Но обида во мне все еще не отпускала.
— Вы говорили, что вообще не хотите замуж. Стало быть, и за меня тоже.
Она заерзала у меня на руках, а затем вскочила. В приглушенном свете пещеры Авелия выглядела такой беззащитной и хрупкой, что у меня закружилась голова. Но вместе с тем — решительной.
— Просто ты сказал это так странно! В моем мире никто не предлагает выйти замуж, когда даже не встречались!
— Но мы же встречались, — не понял я. — Виделись много раз.
Она замотала головой.
— Не в этом смысле. Встречаться — это значит гулять вместе, узнавать друг друга, обниматься, целоваться.
— Ах, вот в чем дело.
Я поднялся и шагнул к ней.
— Тогда… — голос отказывался повиноваться, я совсем охрип. Но если я не скажу этого, я прокляну себя потом за слабость. — Могу я поцеловать тебя?
Глава 47. Повторяй каждый день
Я потеряла дар речи. От того, насколько прямо и честно говорил Руан, едва не закружилась голова.
Отказать ему я, конечно, не могла. Да и не хотела. Напротив, хотелось того, что он сказала так безумно, что внутри все дрожало от предвкушения. Было ужасно неловко и одновременно до безумия любопытно. Но голос так и не появился. И вместо этого я кивнула.
Не успела я ни опомниться, ни вдохнуть поглубже, как Руан шагнул ко мне. Одной рукой обхватил за плечо, вторую положил мне на затылок, и наши губы соприкоснулись.
По телу пронесся такой вихрь чувств, что колени ослабли и задрожали. Пришлось вцепиться в плечи Руана, чтобы устоять на ногах.
Его губы были теплыми, горячими, и от этого прикосновения во мне вспыхнуло что-то невероятное.
Снаружи шумел дождь, ветер гнал воду по камням, а в пещеру тянуло прохладным сквозняком и запахом сырых трав. Но рядом с Руаном не чувствовалось холода. От него исходило такое тепло, что хотелось прижаться еще ближе и забыть обо всем.
Я отпрянула, часто задышала, не в силах справиться с тем, что происходило внутри. Перед глазами стояла легкая пелена, голова кружилась.
— Прости… Прости меня, — бормотал, едва не задыхаясь, Руан. — Ваше Высочество, я позволил себе…
Но я не дала ему договорить. Бросилась к нему, обняла за шею и уткнулась лицом в грудь. Сердце билось бешено, взволнованно и радостно, как никогда прежде.
— Не извиняйся, — шептала я. — Не надо. Я ведь разрешила тебе.