Сообщниками Клеммонса в битве за свержение либерального клана Кеннеди, который, по их мнению, слишком сильно симпатизирует идеям крайне левых, были Морис Рис, президент антикоммунистического Альянса кинематографистов за сохранение американских идеалов, и частный детектив, ставший пропагандистом правого крыла, Фрэнк Капелл.
На той первой встрече в сентябре 1962 г. трое мужчин обсуждали возможность использовать смерть Мэрилин, чтобы запятнать братьев Кеннеди. Рис слышал сплетню – не более, – что у Мэрилин была любовная связь с Робертом Кеннеди; по слухам, генеральный прокурор обещал жениться на ней, но когда передумал, она так разозлилась и обиделась, что угрожала раскрыть его. Чтобы заставить ее замолчать, как говорилось в той истории, Кеннеди распорядился ее убить.
Клеммонс и Капелл, решительно настроенные начать клеветническую кампанию, объединили усилия в расследовании смерти Мэрилин. Результатом стал тонкий, но ядовитый памфлет «Странная смерть Мэрилин Монро», написанный Капеллом и опубликованный в «Вестнике свободы» – «национальном антикоммунистическом образовательном двухнедельном журнале» в июле 1964 г. Капелл представился как «патриот и неустрашимый крестоносец» против коммунистической деятельности – в конце 1930-х и начале 1940-х годов он был тайным следователем, а затем главой Отдела по борьбе с подрывной деятельностью при шерифе округа Вэстчестер, штат Нью-Йорк[820] . Однако в 1943 г., работая следователем в Совете по военному производству, он был арестован и обвинен во взяточничестве. Его признали виновным два года спустя и присудили условное заключение и крупный штраф.
Год спустя после публикации «Странной смерти Мэрилин Монро» у Капелла снова возникли сложности с законом, его признали виновным в клевете на сенатора от штата Калифорния Томаса Кьючела за предположение – ложное, – что политик был арестован за совершение акта гомосексуализма с другим мужчиной, когда находился пьяным в машине. Хотя Кьючел был республиканцем, Капелл считал его слишком либеральным. В конце судебного процесса Капелла признали виновным в клевете, оштрафовали и дали условный срок. Одним из других людей, чьи имена прозвучали в деле о клевете против Кьючела, был никто иной как Джек Клеммонс.
Когда Клеммонс и Капелл обнаружили в аутопсии Мэрилин, выполненной Томасом Ногучи утром 5 августа, деталь, кажущуюся значительной (в желудке не было найдено остатков таблеток), они поверили, что наткнулись на доказательство, что дело нечисто. (На самом деле они неверно поняли и интерпретировали вещественные доказательства: не у всех умерших от передозировки в желудках находят следы лекарств.) И таким образом фантастическая картина убийства была готова. Как в жутком детективе, Клеммонс и Капелл собрали всех своих подозреваемых в зловонной гостиной своего темного воображения. «Когда человек становится помехой или выходит из-под контроля, Коммунистическая партия приказывает его или ее ликвидировать, не испытывая никаких угрызений совести, – писал Капелл. – Многие “самоубийства”, и “сердечные приступы”, и “несчастные случаи” в действительности – это убийства по заказу Коммунистической партии. Мэрилин была тесно связана с левыми и сторонниками коммунистов, и в ее смерти много подозрительного, что мы попробуем раскрыть, предоставив документальные свидетельства»[821] . Капелл перечисляет многих в окружении Мэрилин, говоря, что они известные или подозреваемые коммунисты – среди них Артур Миллер, д-р Хайман Энгельберг, Ли и Пола Страсберги, Норман и Хедда Ростены, – но не оставляет читателю сомнений, кого винить в смерти Мэрилин: Роберта Кеннеди.