Глава 24 Золотые мечты
Мэрилин начинает раздеваться. Она снимает блузку с глубоким вырезом, скидывает красные туфли на шпильках и стягивает голубые джинсы. Набрасывает просторный халат и готовится к съемке. Фотограф Том Келли и его жена Натали успокаивают ее и помогают почувствовать себя свободнее. Халат соскальзывает с плеч, и девушка ложится на мягкое красное бархатное полотно. Келли, взобравшись на лестницу, с высоты трех метров начинает щелкать фотоаппаратом, а Мэрилин принимает позу за позой. Ей помогает расслабиться играющая на заднем плане мягкая мелодия в исполнении оркестра Арти Шоу «Начало танца» (Begin the Beguine ).
Фотосессия в обнаженном виде 1949 г. продолжается два часа, в конце девушка подписывает форму согласия именем «Мона Монро» и получает очень нужные ей 50 долларов. Мэрилин больше не вспоминает об этой мелкой модельной работе, но получившиеся цветные изображения, занявшие свое место в двух календарях – «Золотые мечты» (Golden Dreams ) и «Свежая струя» (A New Wrinkle ) – всплывут три года спустя и разрастутся в скандал, угрожающий ее карьере.
В 1953 г. Хью Хефнер купил права на эти фотографии за 500 долларов и опубликовал их в первом номере «Плейбоя», Мэрилин за тот журнальный разворот ничего не заплатили. «Я искал что-то особенное для первого выпуска: денег у меня не было, и нужно было что-то для его продвижения, – рассказывал Хефнер. – Опубликовать в журнале фотографию уже довольно известного человека в обнаженном виде было беспрецедентным»[204] .
Журнал мгновенно приобрел успех, первый выпуск разошелся тиражом 50 000 экземпляров, и Хефнер продолжил строить целую эротическую империю на образе Мэрилин – без ее согласия. «Все те, кто сделал миллионы на фотографии обнаженной Мэрилин, ни разу не сказали мне спасибо, – говорила она позже. – Мне даже пришлось купить журнал, чтобы взглянуть на себя»[205] .
Хотя основатель «Плейбоя» ни разу не встречался с Монро, она стала его заветной мечтой. Если эта мечта и сбылась, то только после его смерти в 2017 г., в возрасте девяносто одного года. Еще в 1992 г. Хефнер купил склеп рядом с могилой Мэрилин на Вествудском кладбище, как сообщают, за 75 000 долларов. «Я без ума от блондинок, а она – идеал блондинки, – сказал он. – Меня похоронят рядом с ней. В этом есть некая завершенность. Остаток вечности я проведу с Мэрилин»[206] .
Глава 25 «Вот, например, еще череп»
Вообразите Мэрилин, играющую сцену из «Гамлета». «Увы, бедный Йорик!» Идея не так далека от реальности, как могло бы показаться. На самом деле эту сцену она сыграла в реальной жизни, когда узнала, что тетя Ана Лоуэр умерла 14 марта 1948 г. от проблем с сердцем. Потеря так опустошила Мэрилин, что на следующей день она несколько часов пролежала на кровати умершей женщины. Позже она поехала на кладбище, и там наткнулась на пару могильщиков, копавших свежую яму, – полное соответствие образу, даже лестница спущена вниз. «Я спросила, можно ли мне спуститься туда, они ответили – конечно, и я спустилась и легла на землю и смотрела оттуда на небо, – рассказывала она. – Поразительный вид, и холод земли под спиной»[207] .