В Голливуде Хайд был фигурой невысокой, но динамичной. Он родился в 1895 г. в семье русских евреев – исполнителей водевилей, звали его тогда Иван Хайдабура. В Америку он прибыл с семьей трехлетним мальчиком; его напористость, целеустремленность и бешеная жажда деятельности были вознаграждены должностью вице-президента в Агентстве Уильяма Морриса на Западном побережье и работой над карьерой таких звезд, как Лана Тёрнер и Рита Хейворт. Он стал одержим Мэрилин, познакомившись с молодой актрисой в конце 1948 г. Разница в возрасте между ними составляла тридцать один год – ему было пятьдесят три, ей двадцать два. Весной 1949 г. он оставил жену и семью ради Мэрилин. «Это случилось, и я ничего не могу поделать», – сказал Хайд своей жене Мозел. Он обосновался на Палм-драйв в Беверли-Хиллз, а Мэрилин сняла квартиру в отеле «Беверли Карлтон» (сегодня «Авалон»).
«Он сказал, что я буду очень большой звездой, – говорила позже Мэрилин. – Я помню, я рассмеялась и ответила, что не похоже, раз я не в состоянии заработать достаточно, чтобы есть три раза в день. Он объяснил мне то, чего я раньше не понимала: если ты звезда, сложно найти маленькую роль. Либо тебе дают ведущую роль, пусть даже небольшую, либо ничего»[215] .
Хайд принялся преображать свою молодую любовницу и новую клиентку, записав ее на регулярные посещения салона красоты (ее волосы нужно было выпрямлять и постоянно подкрашивать, чтобы сохранить их платиновое сияние) и договорившись о консультации с пластическими хирургами из Беверли-Хиллз д-ром Джоном Пангманом и д-ром Майклом Гурдином. В 2018 г. медицинские заметки д-ра Гурдина о его знаменитой пациентке вместе с рентгеновскими снимками лица были выставлены на аукцион «Джулиенс» в Голливуде; документы ушли за 25 600 долларов. Как стало понятно из бумаг, в 1950 г. Мэрилин сделала имплантацию подбородка, но, вопреки слухам, нет доказательств, что она убирала бугорок с кончика носа.
Однажды на вечере Мэрилин подслушала, как кто-то назвал ее «чудом без подбородка». Обследовав девушку, доктора решили, что у нее «умеренно плоский подбородок», и ей мог бы пойти на пользу небольшой имплант, которые в то время изготавливали из хряща коровы. Как утверждают, Мэрилин, которая должна была участвовать в пробах для будущего фильма, отложила съемку, сказав, что упала и ударилась подбородком. Когда она вернулась на площадку, режиссер, как сообщается, сказал: «Дорогая, тебе следовало удариться подбородком два года назад»[216] .
У Хайда, ставшего ее агентом, имелись на Мэрилин большие планы, и он начал настойчиво продвигать ее в Голливуде. «Джонни не был значительной фигурой, но он умел видеть красоту и старался уговорить кого угодно, чтобы ее наняли», – вспоминал драматург и продюсер Наннэлли Джонсон. – Смею предположить, что я и сам взял бы ее, если бы хоть в одной картине у меня нашлась достаточно маленькая роль, оправдывающая найм девушки без опыта»[217] . Хайд отказался признать поражение; ему удалось убедить Джона Хьюстона позволить Мэрилин пройти прослушивание на небольшую роль в «Асфальтовых Джунглях» и добиться для нее роли в фильме Джозефа Л. Манкевича «Все о Еве», имевшем невероятный успех.