Первое достоверное свидетельство о разведении винограда на Руси относится лишь к началу XVI века. Саксонец Шлитт, приехавший в Москву в 1547 году и получивший от царя Иоанна Васильевича поручение призвать в Россию иностранных «художников и знающих людей в числе 123 человек», нашел в числе прочих и «садовника для винограда» [58 ]. Однако неизвестно, успели ли эти люди в условиях противодействия Ганзы и Ливонского ордена добраться до Руси.
Другой средневековый автор, Адам Олеарий, подтверждает, что первые виноградные лозы привезли в Астрахань персидские купцы. При этом возделыванием лозы занимался монах астраханского монастыря — австрийский уроженец, попавший в молодости в плен и принявший православие. Монах этот, которому, по словам Олеария, в 1636 году было уже 105 лет от роду, посадил виноградные кусты за городом. «Когда же увидали, что лозы принялись и пошли расти хорошо, то в 1613 году по приказанию Великого Князя, тем же монахом разведен был настоящий виноградный сад, который год от году расширяется и приносит превосходный крупный и сладкий виноград» [59 ]. В 1640 году жители Астрахани выписали для себя немецкого виноградаря Якова Ботмана, который немало сделал для культивирования этой ягоды.
Массовое же разведение винограда в России началось не ранее XVII века, причем это дело сразу же оказалось под контролем центральных московских властей. Самому царю принадлежало четырнадцать виноградников в окрестностях Астрахани. Один из них (он так и назывался «старым») был высажен «русскими людьми» еще в 1647 году. Два других посадил Яков Давыдов, третий — «приезжий с французской земли», еще один был куплен казною у местного жителя Якова Ушакова. Остальные попали в государственную собственность в 1656 году, от кого и по какому случаю — умалчивается. Помимо этого, значительным числом «виноградных садов» владели астраханский Троицкий монастырь и местные люди разного звания. Монастырское руководство и частные владельцы не могли без разрешения властей (причем не городских, а московских!) продавать виноград в частные руки — ни для местного потребления, ни для поставок в Москву или другие города — под страхом жестокого наказания «безо всякия пощады». Весь урожай винограда, произраставший в астраханских краях, приобретался «на великого государя обиход», после чего мелкий, отвергнутый казной виноград разрешалось свободно продавать.
Одну часть винограда, выращенного в казенных садах или приобретенного отдельно (в живых кистях или патоке), отправляли в Москву, а другая шла на производство местного церковного вина.
Отвечал за отсылку винограда в Москву непосредственно астраханский воевода. Отправлять его следовало после 20 июля и не позже 1 августа, чтобы он оказался в Москве к 25 сентября [60 ]. То есть вся дорога с грузом от Астрахани до Москвы занимала тогда около двух месяцев.
Виноград грузили в «легкие есаульные струги», а для предохранения от мороза (уже случавшегося в начале осени) предписывалось посылать с ним бараньи овчины, войлоки и рогожи «поскольку доведется, чем бы виноград в дороге мочно было от стужи уберечь без прибавочныя кровли». Доставку обычно поручали боярским детям. По прибытии в столицу они первым делом являлись в Казанский приказ, которому в то время подчинялась Астрахань, затем — в Приказ Большого дворца. По распоряжению последнего привезенный виноград принимался на Сытный двор, «на великого государя обиход».