«Трудно представить себе, — пишет Шарлемань, — каким бичом животноводства, да и самого человека, являлись волки в Киевской Руси, когда единственной защитой от них было холодное оружие. Даже через 740 лет после Игорева похода, в 1924–25 гг. на Украине, густонаселенной, с количеством охотников, превышающим 100 000, вооруженных в большинстве случаев современным огнестрельным оружием, погибло от волков 13 166 голов скота» [14 ].
Рис. 12. Медвежья охота. Иллюстрация из книги Н. Кутепова «Великокняжеская и царская охота на Руси с X по XVI век» (Т. 1)
Еще один зверь —медведь — всегда вызывал сложные чувства. Охота на него — занятие непростое, а успех в этом деле почетен. Страх перед этим животным присутствовал постоянно — не случайно в фольклоре его стараются не называть прямо. Из суеверных соображений наши предки присваивали ему «замещающие» имена — Михайло Потапыч, Топтыгин, Косолапый. Да и само слово «медведь», по сути, из той же серии — это эвфемизм, описательное слово, заменяющее настоящее, которое считают неуместным произносить. Медведь — это тот, кто ест мед.
Вместе с тем мясо медведя издавна входило в рацион населения Руси, хотя и считалось после принятия православия «поганым». «Аще кто поганое ест по свое воле или кобылину, или медвежину, или иное что отреченное, митрополиту в вине и в казни» [15 ] — такая норма содержится в Уставе князя Ярослава о церковных судах (XII век). Что, впрочем, не мешало монастырям покупать и продавать, скажем, медвежье сало, о чем сохранилась запись в приходно-расходной книге Волоколамского монастыря за 1588 год [16 ].
Еще одно упомянутое в «Слове» животное, представлявшее интерес для охоты, —тур . Это фактически первобытный бык, обитавший в те времена в Приднепровье. От него произошли одомашненные потомки, а также дикий зубр. «Туром» называли домашнего быка в западноукраинских областях вплоть до первой половины XX века [17 ].
Впрочем, точно определить, кого имел в виду автор «Слова» — древних туров или зубров, — сегодня трудно. Путаница наблюдается и в самих средневековых источниках. Скажем, упоминаемая в летописях охота византийского императора Андроника Комнина во время его поездки к галицкому князю Ярославу Осмомыслу в 1154 (по другим данным, в 1165) году, по словам отечественного автора, велась на туров. Византийская же хроника говорит, что Андроник убивал «зумпров» — зверей многочисленных и размером больше, чем медведь [18 ].
В русских летописях зубры не упоминаются. Но, как пишет Н. И. Кутепов, автор многотомной «Великокняжеской и царской охоты на Руси», «если зубры и водились в пределах древней Руси, то это во всяком случае было в раннюю эпоху, не позже конца XII века. Уже в XI веке польские короли запрещают охоту на зубра под страхом смертной казни, несомненно из желания сохранить эту редкую породу» [19 ].
Рис. 13. Буйвол. Иллюстрация из латинского издания «Записок о Московии» Сигизмунда Герберштейна (Вена, 1551)
Ясно, что охота на туров (или зубров) в ранние времена русской истории поставляла немало мяса на княжеский стол. Но убить это животное непросто — нужны сильные лошади, загонщики, хорошее оружие. Так что мясо зубра вряд ли могло доставаться простолюдину или крестьянину.