Бельтран проснулся от моего движения. Через несколько минут весь дом уже был на ногах.
Я не знала, где муж держал Хескета последние недели, но врач оказался у нас настолько быстро, что подозрение о тайно снятом доме неподалёку стало почти правдоподобным. В спальне появились помощницы, горячая вода, чистое бельё и всё, что было подготовлено заранее. Бельтрана несколько раз просили отойти, но каким-то образом он каждый раз оставался возле кровати.
В первые часы я ещё замечала это и даже пыталась смеяться.
Потом стало не до смеха.
Боль приходила волнами, каждый раз сильнее предыдущей. Между ними оставалось всё меньше времени, чтобы отдышаться и перестать дрожать. Я цеплялась за руку Бельтрана, давила его пальцы так сильно, что человеку без драконьей выносливости наверняка оставила бы синяки. Он позволял и только менял положение кисти, когда мне становилось неудобно.
Один раз, когда очередная схватка наконец отпустила, я откинулась на подушки и с полной уверенностью сообщила:
— Я передумала. Рожать не буду.
Бельтран сидел возле кровати и придерживал чашку с водой. Даже сейчас он ответил совершенно серьёзно:
— Полностью поддерживаю. Осталось убедить ребёнка вернуться обратно и подождать, пока медицина предложит более приемлемый способ появления на свет.
Я рассмеялась, тут же пожалела об этом из-за новой боли и так сжала его руку, что Бельтран больше не шутил несколько минут.
К утру ему вообще стало не до шуток.
Я видела его лицо между схватками и понимала, как много сил уходит на внешнее спокойствие. Муж выполнял указания Хескета, подавал воду, помогал приподняться или изменить положение, не мешал помощницам, но каждый раз, когда врач хмурился или задерживал руку дольше обычного, в комнате словно менялся воздух.
Однажды Хескет обернулся к нему и попросил отойти.
Бельтран не пошевелился.
— Мне нужно место, ваша светлость, — повторил доктор уже жёстче. — Вы мне сейчас мешаете.
Муж всё-таки сделал шаг назад. Перед тем как отпустить мою руку, его пальцы сжались на моих, а потом он посмотрел Хескету прямо в лицо.
— Если придётся выбирать, спасаете Лотессу, — произнёс Бельтран очень спокойно.
Я услышала каждое слово. Хескет резко поднял голову.
— Сейчас такого выбора нет, — ответил он, сразу поняв, о чём идёт речь.
— Я сказал на случай, если появится. Боги, мне уже начинает казаться, что моя жена умирает…
На несколько мгновений даже движение возле кровати стало тише. Одна из помощниц опустила глаза. Хескет смотрел на Бельтрана с выражением, которого я не могла разобрать сквозь усталость.
Пять лет назад этот человек был готов искать женщину, способную подарить ему драконьего наследника.
Теперь наследник уже существовал. Был почти здесь.
И Бельтран даже не спросил, можно ли спасти обоих, прежде чем назвать имя.
Хескет первым отвёл взгляд.
— Я услышал вас, — произнёс доктор. Затем вернулся к работе и уже привычным деловым тоном добавил: — А теперь дайте мне сделать всё, чтобы выбирать вообще не пришлось.
Бельтран снова оказался рядом со мной.
Я протянула руку, и он сразу сжал пальцы.