Я подняла глаза.
— Откуда она у тебя? — произнесла я дрогнувшим голосом.
На втором «ты» я уже не споткнулась. Гораздо сильнее меня задело другое: Анхальт держал у себя документ, который касался моего брака и о существовании которого не знала я сама.
Он выдержал мой взгляд спокойно.
— Это копия заявления, которое подал ваш муж в день, когда узнал о вашей редкой болезни. Несколько дней он пытается его забрать.
Глава 191
Но он не учёл, что в рамках расследования все документы теперь проходят через Тайную канцелярию. Так он оказался у меня на столе.
Слова ничего не добавили к уже прочитанному, но именно после них исчезла последняя возможность считать бумагу ошибкой. Пальцы онемели от слишком сильной хватки, и край листа смялся под большим пальцем. Я заставила себя ослабить руку, потому что странным образом не хотела портить доказательство.
Бельтран подал заявление. Не думал о разводе, не обсуждал его с юристом и не запрашивал условия. Сделал тот шаг, которого я сама долго боялась даже в мыслях.
— Он сказал мне, что не собирается разводиться, тем более в одностороннем порядке, — произнесла я и услышала собственный голос будто через музыку за дверью: слова звучали ровно, хотя мне пришлось провести пальцем по сгибу бумаги, чтобы чем-то занять руку.
Анхальт медленно выдохнул и впервые отвёл взгляд — всего на мгновение, к документу.
— Возможно, когда он говорил это, уже действительно не собирался, — сказал он, возвращая внимание ко мне. В его голосе не было ни оправдания Бельтрана, ни желания сделать его вину тяжелее. — Я обещал вам факты, Лотесса. Факт в том, что заявление было подано. Факт в том, что оно оказалось среди документов на моем столе, хотя, оно должно было достигнуть королевского совета. И там уже решалась бы судьба вашего брака.
От такой точности стало хуже.
Если бы Анхальт начал обвинять мужа, я могла бы вспомнить их взаимную ненависть, ревность Бельтрана и слишком явный интерес самого Анхальта. Но он оставлял мне именно то, от чего нельзя было отмахнуться.
— То есть к тому моменту он мог уже передумать, — медленно повторила я, стараясь удержать мысль на этом более безопасном варианте. — Но до этого всё-таки подал?
Анхальт не ответил мгновенно. Его взгляд скользнул по моему лицу, будто он видел, зачем мне понадобилось повторять вопрос, и всё же пощадить меня ложью не попытался.
— Подал, — подтвердил он тихо.
Я снова опустила глаза к заявлению. Вспомнился Бельтран перед зеркалом, его упрямое «ты моя жена», а потом обещание, которое тогда испугало меня почти так же сильно, как возможный развод: никакого развода не будет. Теперь обе крайности принадлежали одному человеку. Сначала он мог решить избавиться от меня, не сказав ни слова, потом так же единолично решить, что я останусь.
В обоих случаях решение было его.
— И мне он ничего не сказал, — произнесла я скорее самой себе, но Анхальт услышал.
Глава 192
Он оттолкнулся от стола и приблизился. Между нами осталось меньше шага, достаточно, чтобы его тень легла на верхнюю часть листа, но недостаточно, чтобы он мог прикоснуться ко мне случайно. После допросной я слишком хорошо знала, насколько быстрыми могут быть его руки, когда возникает опасность. Сейчас Анхальт держал их вдоль тела, и эта намеренная неподвижность ощущалась сильнее прикосновения.