Он просто смотрел.
Ответа не было достаточно долго, чтобы мне больше не требовались слова.
Я повернулась к зеркалу и снова взяла расчёску. Руки уже почти не дрожали, но расчёсывать волосы расхотелось.
— Я устала, Бельтран.
Он понял просьбу, однако к двери не пошёл. Несколько секунд я видела его отражение за своей спиной и чувствовала знакомый запах его одежды, который столько лет означал для меня дом гораздо надёжнее стен этой спальни.
Сегодня тот же запах не успокаивал. Мне слишком хорошо помнилось, как утром он стоял почти на том же месте и не мог долго смотреть на моё лицо без привычной магии.
Бельтран первым нарушил молчание:
— Если тебе нужны собственные деньги, скажи мне.
Глава 53
Я медленно опустила расчёску.
— Что?
Он приблизился к туалетному столику, но остановился сбоку, не касаясь ни меня, ни кресла.
— Я не знал, что для тебя это важно. Назови сумму, которая должна находиться только в твоём распоряжении. Я велю переводить её на отдельный счёт, если именно этого ты хочешь.
Ещё несколько часов назад предложение показалось бы щедрым. Сейчас я уже знала, почему оно ничего не решает.
— Мне не нужна сумма от тебя.
Бельтран нахмурился, и на его лице появилось искреннее непонимание.
— Почему? Если вопрос в том, чтобы не обращаться к управляющему, это можно решить сегодня же.
Он всё ещё пытался решить проблему так, как привык решать всё в своём доме: найти неудобство, распорядиться, заплатить, убрать его с дороги. Я провела пальцами по деревянной ручке расчёски, подбирая слова.
— Потому что тогда это всё равно будут твои деньги, Бельтран. Ты можешь дать их мне, увеличить сумму или завтра решить иначе. Мне всё равно придётся оставаться человеком, которому ты их даёшь.
Он покачал головой, словно я намеренно усложняла очевидное.
— Ты моя жена. Всё, что у меня есть, принадлежит и тебе.
Я посмотрела на него и наконец поняла, как проверить эту красивую фразу.
— Тогда я могу взять половину и уйти?
Бельтран замер. Не надолго — всего на несколько ударов сердца, — но я слишком внимательно смотрела на него, чтобы пропустить паузу.
— Ты никуда не уйдёшь, — произнёс он наконец.
Вот теперь всё встало на место.
Я опустила взгляд к расчёске.
— Поэтому деньги Анхальта и отличаются от твоих. Твои деньги — это обязанность. Ты даешь мне деньги, и это дает тебе право распоряжаться моей жизнью. А он предложил мне другие деньги. Мои. Личные.
Бельтран шагнул ближе, и в зеркале его рука оказалась возле моего плеча. Он не прикоснулся. Несколько секунд пальцы оставались на краю столика, будто удерживать себя ему приходилось сознательно.
— Ты всерьёз думаешь пойти к нему на службу только потому, что злишься на меня?
Я могла бы сказать «нет» и закончить разговор. Ещё вчера именно так и поступила бы, лишь бы он не решил, что я выбираю другого мужчину. Но дело уже было не в Анхальте.
— Я думаю о том, что впервые в жизни могу получить деньги, которые никто не выдаёт мне потому, что я чья-то жена.
Бельтран отвёл глаза. Я не знала, что именно он услышал в этой фразе, но рука с края столика исчезла.