Я не была уверена, что моих слов хватит.
Слишком многое уже лежало на полу вокруг.
Муж ещё несколько секунд изучал врача, и тот выдержал этот взгляд только потому, что отступать было некуда. Потом пальцы Бельтрана медленно согнулись обратно, когти исчезли из прямой линии удара.
— Тогда живи, — произнёс он хрипло, и в этих двух словах не было благодарности врачу, только решение не убивать его, принятое исключительно потому, что попросила я.
Доктор судорожно выдохнул и прикрыл глаза.
Бельтран уже отвернулся от него.
Теперь он тяжелым шагом шёл ко мне.
Разница была настолько страшной, что я не сразу смогла её принять. Несколько мгновений назад мужчина умер от одного движения этой руки. Другого Бельтран швырнул о каменную стену, не замедлив шага. Чёрная чешуя всё ещё покрывала его лицо, на пальцах и манжетах была кровь, а от привычного безупречного герцога не осталось почти ничего, кроме того, как прямо он держал спину.
И всё же мне впервые за эту ночь стало легче оттого, что он приблизился.
Бельтран остановился возле стола и только теперь увидел магический источник.
Он сначала посмотрел на устройство, затем на моё запястье, где красные пятна уже поднялись выше рукава, потом на мою шею и лицо. Взгляд задержался возле губ, когда я снова попыталась глубже вдохнуть и получила только короткий свист.
Бельтран ничего не спросил. Лицо изменилось так, что врач в углу невольно прижался к стене снова.
Муж резким и хищным движением развернулся к источнику.
За несколько шагов он оказался там, куда доктор безуспешно пытался добраться перед первым ударом за дверью. Покрытая чёрной чешуёй ладонь легла на управление. Бельтран не стал разбираться, на каком уровне работало воздействие, кто его включил и каким именно распоряжением оно было разрешено.
Раздался резкий треск. Магический свет погас.
Давление на грудь не исчезло мгновенно, но перестало усиливаться. Я поняла это почти сразу: следующий вдох всё ещё дался тяжело, горло оставалось сжатым, кожа горела под одеждой, однако к существующей боли больше не добавлялась новая.
Бельтран задержал ладонь на источнике ещё на несколько секунд, словно хотел убедиться, что тот не включится снова, а затем обернулся ко мне.
Только после этого подошёл ближе.
Он опустился рядом с моим стулом прямо среди королевских документов, крови и листов, сброшенных со стола ударом. Одно колено коснулось пола. Теперь чёрная чешуя на его лице оказалась так близко, что я различала воду в узких промежутках между пластинами и тонкую линию крови возле виска.
Бельтран держал руки возле меня, но не касался.
Я посмотрела на его пальцы.
Несколько часов назад эти руки оставались опущенными, когда дверца королевской кареты закрывалась между нами. Я видела его шаг со ступеней, видела, как он остановился после одного взгляда на герб над входом.
Теперь на тех же пальцах была кровь людей короля.
Глава 273
Меня затрясло сильнее. До этого приходилось всё время держаться: спорить, следить за чужими руками, заставлять себя говорить отчётливо, когда хотелось кричать, пытаться вызвать серебро, пока оно не перестало отвечать совсем. Рядом с Бельтраном необходимость удерживать каждую мышцу вдруг исчезла, и дрожь прошла по рукам так сильно, что пальцы сорвались с края стола.