— Вот родословная, которую вы просили, ваша светлость, — сообщила она Бельтрану. По лёгкому напряжению в голосе я поняла, что прежний разговор смутил и её. — Отец заставил перепроверить все заверения дважды. Он сказал, что при таких обстоятельствах одной ошибки будет достаточно, чтобы нас сочли мошенниками.
Я уже собиралась сделать следующий шаг, когда в комнате неожиданно стихло движение.
— Подождите, госпожа Довнар, — остановил её Анхальт.
Ленца исчезла из его голоса настолько резко, что я сама замерла в коридоре.
Господин Довнар спросил, что привлекло внимание главы канцелярии, и теперь в его тоне слышалось раздражение человека, которому слишком долго мешают демонстрировать безупречный товар.
Анхальт не стал отвечать сразу. Несколько секунд из гостиной доносилось только едва слышное потрескивание магических светильников, а потом он попросил:
— Держите документ под светом. Печать слишком тщательно оформлена для бумаги, которую, по вашим словам, просто перепроверили перед поездкой.
Я перестала отступать.
Это уже не имело отношения к Бельтрану и его поискам новой жены. Именно поэтому я могла бы уйти с чистой совестью, но в голосе Анхальта появилось то же сосредоточенное спокойствие, с которым вчера он заметил моё падение раньше людей, стоявших ближе.
Я сместилась к дверной щели, стараясь не коснуться створки, и впервые увидела часть гостиной.
Дора стояла возле стола.
Она действительно была очень красива, и признать это оказалось проще, чем я ожидала. Светлые волосы были уложены в сложную высокую причёску, кожа выглядела ровной и будто подсвеченной изнутри, а большие глаза казались ярче благодаря тонким чарам. По платью при каждом движении пробегало золотистое мерцание, собиралось у талии, скользило к плечам и мягко высвечивало лицо.
До вчерашнего вечера я тоже носила подобные плетения.
Теперь даже с расстояния от их сияния по предплечьям прошло неприятное покалывание. Я невольно отодвинулась от проёма на несколько сантиметров, и ощущение ослабло.
Магия Доры была далеко и не могла причинить мне настоящую боль, однако собственная кожа уже не позволяла забыть, что для меня всё это закончилось.
Рядом с девушкой стоял Бельтран. Он смотрел не на её лицо, а на родословную, которую Дора держала обеими руками. По краям плотного листа тянулись светящиеся линии, соединяя имена и родовые гербы. Родословная Доры была не просто бумагой: она светилась активной магией прямо передо мной.
Глава 36
Муж чуть склонил голову, изучая плетение. Я слишком хорошо знала это выражение его лица: так он смотрел на сложные чары, когда переставал замечать разговоры вокруг и начинал мысленно разбирать узор на отдельные элементы.
Именно с такой уверенностью он вчера проверил моё платье и решил, что стабильное плетение не может причинять мне боль.
Анхальт находился по другую сторону стола. Перед ним лежала открытая папка — видимо, та самая, ради которой он приехал, — но теперь глава канцелярии к ней даже не прикасался. Он смотрел на нижний край родословной.
При дневном свете Анхальт выглядел иначе, чем на балу. Светлые волосы, свободно падавшие ниже плеч, слишком заметно выделялись на фоне чёрного мундира, зато лицо оставалось таким же собранным. Он слегка наклонился к документу, опершись ладонью о край стола, и я невольно отметила, насколько крупнее и сильнее казалась эта рука рядом с тонким листом. Странная деталь для человека, который предпочитал давить не силой, а несколькими тихими словами.