Он уже успел снять плащ и передать его Флингу. Вернувшись к столу, Анхальт ответил тем же деловым тоном, которым обычно сообщал о новых папках:
— Потому что последние дни вы не только сидели над обычными архивными делами. Работа с материалами действующего расследования, участие в операции и документы повышенной опасности учитываются отдельно.
Я снова посмотрела на сумму и машинально прикинула то, что ещё недавно не умела считать вообще: небольшой дом, одна служанка, обычная еда без магической обработки, врач, одежда, которую можно купить, не спрашивая управляющего, достаточно ли это разумная трата. Первая выплата доказала, что собственный счёт действительно существует; новое зачисление делало будущую жизнь за пределами герцогского дома уже не отвлечённой возможностью, а чем-то, для чего можно было понемногу собирать деньги.
Когда я подняла глаза, Бельтран смотрел на банковский лист. Его пальцы лежали на краю раскрытой папки, и я слишком хорошо помнила, как в прошлый раз они потянулись к моему уведомлению, пока я ещё не ожидала подвоха. Сегодня он не протянул руку. Взгляд мужа задержался на цифрах, потом вернулся к моему лицу.
— Поздравляю, — произнёс он негромко, будто прекрасно понимал, насколько неловко прозвучит любое слово после камина.
Мне понадобилось мгновение, чтобы ответить. Из всех возможных реакций эта оказалась одной из самых неудобных именно потому, что не требовала от меня защищать бумагу или собственное право радоваться.
— Спасибо, — всё-таки произнесла я и сложила уведомление так, чтобы оно осталось возле моей руки, а не между мужчинами.
Анхальт перевёл взгляд с Бельтрана на меня, но от комментария воздержался. Он отодвинул своё кресло, оценил приготовленные Флингом стопки и вернул разговор туда, где чувствовал себя гораздо увереннее:
— Если финансовое потрясение пережито, предлагаю перейти к менее опасным вещам. Например, государственной преступности.
Флинг тихо кашлянул, пряча улыбку в журнале, и придвинул первую папку. Через несколько минут банковское уведомление осталось лежать возле моего локтя, а стол снова заполнили печати, архивные листы и служебные пометки.
Я ещё не знала, что до полудня вопрос о том, кому принадлежат мои силы, перестанет быть только семейным.
Глава 211
За первый час я перестала считать документы. Некоторые оказывались совершенно обычными: я касалась серебром защитного плетения, ждала знакомого сопротивления, осторожно тянула и, убедившись, что магия не меняется, возвращала лист Флингу. В других под слоем чар обнаруживались исправленные даты, изменённые родственные связи или суммы, которые не совпадали с архивной книгой. Один документ заставил Флинга трижды свериться с журналом, потому что после разрушения чар подпись чиновника осталась прежней, а цифры рядом с ней стали совсем другими.
Когда я в третий раз раздражённо отодвинула подлинный лист, Анхальт придержал папку пальцами и заставил меня всё-таки дождаться записи.
— Отсутствие подделки тоже результат, — напомнил он. — Иначе через неделю мы снова достанем эту папку и будем проверять то же самое.