Серебряная полоска дошла до кончика пальца, но дальше не пошла. Как бы я ни смотрела на документ, между нами оставалось слишком много пустого пространства. Через несколько секунд покалывание начало слабеть.
Видимо, удовлетворение ситуации, маленькое злорадство погасило гнев.
Анхальт отпустил мою кисть сразу, как только серебро погасло.
— Хорошо. Теперь дальше.
Он забрал лист и направился к двери. Я поднялась следом и только тогда почувствовала слабость в ногах. После пережитого утром мне казалось, что я уже достаточно восстановилась, но два сознательных выброса магии отняли больше сил, чем хотелось признавать.
Анхальт открыл дверь кабинета и указал в коридор.
— Выйдите, пожалуйста. Документ останется здесь.
Глава 79
— За дверью? — уточнила я.— Вы хотите попробовать через дверь?
— Именно. Если способность работает на расстоянии, мне нужно понять, мешает ли ей физическая преграда.
Я вышла в коридор. Дверь закрылась, отрезав меня от мужчин, стола и листа, на который я последние минуты смотрела почти с ненавистью.
Я положила ладонь на деревянную панель возле дверной ручки и попыталась снова вызвать серебро.
Ничего.
Вспомнила изменённые строки, магическую оболочку поверх настоящего текста, собственное желание сорвать её. Злость отозвалась внутри достаточно легко, но пальцы оставались обычными. Ни покалывания, ни серебристого света под кожей.
Через некоторое время дверь открылась.
Анхальт стоял на пороге.
— Ничего?
Я показала ему ладонь.
— Совсем, — расстроенно заметила я.
Он кивнул и отступил, пропуская меня обратно. Я сделала шаг через порог, и комната вдруг неприятно качнулась. Пришлось схватиться за дверной косяк.
Анхальт оказался рядом быстрее, чем я успела сказать, что всё нормально. Его рука легла мне на локоть, поддерживая ровно настолько, чтобы я восстановила равновесие.
— Осторожнеё. Я держу.
Прикосновение снова оказалось слишком заметным. Не сильным и даже не особенно близким — обычная помощь человеку, который покачнулся. Но после его пальцев на моём запястье я уже не могла воспринимать эту руку как совершенно безличную. Тепло чувствовалось сквозь ткань рукава, и оттого, что Анхальт не притянул меня ближе, а просто удержал на месте, тревога почему-то не уменьшилась.
— Отпустите её, — произнёс Бельтран.
Я закрыла глаза на короткое мгновение. Анхальт придержал меня, пока я не встала ровно, и только потом повернул голову к мужу.
— Она пошатнулась, если вы не заметили, — произнес Анхальт.
— Я видел, — ледяным голосом ответил Бельтран.
— Тогда ваш вопрос становится ещё интереснее. Неужели вы предпочли бы, чтобы ваша супруга упала, лишь бы ее не касался посторонний мужчина? — в голосе Анхальта я отчетливо почувствовала укол.
— У меня не было такого вопроса.
Я уже собиралась высвободить локоть сама, когда Бельтран подошёл и взял меня за другую руку.
Это было настолько привычно, что на секунду я растерялась. Муж сотни раз поддерживал меня именно так — на лестнице, при выходе из экипажа, на балах, когда длинный подол мешал сделать шаг. Его пальцы легли уверенно, привычно, почти правильно.