— Отпустите герцогиню.
Мужчина повернул к нему голову, и добродушная полнота на щеке снова поплыла, открывая более резкую линию лица.
— Тогда прикажите ей остановиться, — предложил он без прежней жалобной торопливости, усиливая хватку так, что заболели суставы. — Пока ещё можете.
Я дёрнула руку к себе, но серебро уже не отпускало найденный край. Анхальт перехватил чужое запястье и прижал его к столу, заставив пальцы разжаться.
— Лотесса, назад, — потребовал он, не отводя глаз от пленника. В голосе впервые за всё время проверки прозвучало не раздражение начальника, которому мешают работать, а настоящая тревога.
Я успела отступить всего на шаг, прежде чем нить вспыхнула от моих пальцев до чужого запястья и личина начала разрушаться сразу по всему телу.
Превращение оказалось хуже, чем первые провалы на щеке. Два лица несколько секунд существовали одновременно: мягкие черты расползались, сквозь них проступали другие скулы, другой рот, другая линия подбородка.
Светлые волосы темнели у корней, одежда начинала сидеть иначе, и я с тошнотой понимала, что всё это время разговаривала даже не с человеком, похожим на безобидного булочника, а с тщательно собранной магической оболочкой.
Когда последний мягкий изгиб щеки исчез, серебряная нить сорвалась с его руки, а удерживающие чары вокруг запястий вспыхнули так ярко, что я невольно зажмурилась.
Металл на одном креплении выгнулся с резким скрежетом. За дверью почти сразу глухо ударили, и голос Бельтрана прорвался сквозь дерево, требуя открыть. Охранник у выхода не двинулся: внутри ещё не восстановили контроль, и правила Анхальта по-прежнему держали моего мужа в нескольких шагах от меня.
Я успела увидеть, как освобождённая рука пленника поднялась в мою сторону, ладонь развернулась, а пространство между нами будто сдавило невидимой силой.
Глава 157
Анхальт оказался передо мной раньше, чем я поняла, куда отступать.
Он не стал тащить меня в сторону и не попытался первым схватить мага; просто шагнул поперёк удара, полностью закрыв меня собой. Воздух тяжело толкнул его в грудь.
Анхальт резко выдохнул, качнулся назад и плечом заставил меня отступить ещё на шаг, но не упал. Охрана уже навалилась на задержанного, второй мужчина усиливал контуры на оставшемся креплении, а Анхальт всё ещё стоял между мной и столом.
Тёмный мундир сначала скрывал кровь. Я заметила её только тогда, когда красное пятно дошло до серебряной вышивки у его бока и начало медленно расползаться по светлой нити. Крупная капля сорвалась с пальцев на каменный пол, и у меня похолодели ладони: удар, который он принял, шёл туда, где секунду назад стояла я.
Анхальт наконец повернулся ко мне, но даже не посмотрел на собственный бок. Его взгляд быстро прошёл по моему лицу, плечам, рукам и остановился ниже, словно он искал след удара, которого сам только что не дал до меня дойти.
— Где вас задело? — спросил он резко, и глубокое дыхание уже не совпадало со спокойствием голоса. — Лотесса, не смотрите на кровь. Скажите, где больно.
— Мне нигде не больно, — в ужасе прошептала я, подходя ближе, потому что он всё равно продолжал осматривать меня. — Анхальт, это вас… ранили.